Михель Зиттов

Уже его отец Клауэс фан дер Зиттов (Clawes van der Sittow) был живописцем и резчиком по дереву. Выходец из Германии или Нидерландов, Клауэс женился на Маргарите Мельнер (Margarethe Mölnare), дочери скандинавского купца. Их дети : Ми хель, Клауэс и Яспер. Зажиточная семья имела нескоько домов в Ревеле (Таллинн). В 1475 и 1479 годах была оформлена покупка двух домов на Риттерштрассе .

Работы Клауэса находились на вратах Lühike jalg , в церкви Нигулисте, на фасаде Оружейной мастерской. Ему также платили за росписи зала гильдии Канута и городских флагов.

С 1479 г до своей смерти в 1482 году, Clawes meler заседал в руководстве Гильдии Канута . Он стал первым учителем c ына который в Ревеле ходил и в школу. Одним из наставников мальчика, мог также быть Доминикус Ситау (Dominicus Sitau), обновлявший деятельность местного Доминиканского монастыря. Родственником Михеля был Ганс Риссенберх, известный золотых дел мастер.

Знакомый с детства с искусством Германии и Нидерландов, Ми хель Зиттов с 1484 г продолжил учебу в Брюгге – главном художественном центре Северной Европы. Этот город, один из мест сосредоточия мировой торговли, игравший важную роль в Ганзейском союзе, уже со времен Яна ван Эйка был знаменит написанными маслом картинами. В 1480е здесь среди прочих работал живописец, известный ныне как Мастер легенды о Св. Люции (см. алтарь братства Черноголовых в Музее Нигулисте), а тон задавал Ганс Мемлинг (ок. 1430–1494). Как и он, Михель хорошо освоил солидную школу. Глубокое впечатление на него могло оказать наследие Гуго ван дер Гуса, который работал в Генте и в монастыре вблизи того города (ум. в 1482), а также творчество других мастеров станковой живописи и сильно на нее влиявшей миниатуры.

За годы, проведенные в Нидерландах, Михель овладел тонкой старинной техникой, господствовавшей тогда как в книжной миниатюре так и в станковой живописи. Здесь мог начать деятельность портретиста, продолжая традиции Яна фан Эйка и Ганс а Мемлинг а, особенно в композиционных приемах. А затем он устремился на юг, по-видимому, собираясь посетить Италию – как знаменитый брюсселец Рогир ван дер Вейден и некоторые другие ранее.

Начиная с 1492 г мастер Михель служил при Испанском дворе, официально до смерти Исавельи Кастильской прозваннoй Католичкой. Королева (пославшая в путь Колумба), собрала в Испании ученных и художников со многих стран. В ее коллекции было более 300 картин. По заказу Исавельи Михель украсил миниатюрой ее Бревиарии и скопировал алтарную картину Рогира ван дер Вейдена. Вместе с Хуаном де Фландес он был занят созданием т. н. Oratorio , включавшем 47 картин. Из картин этого цикла, ныне известных, кисти Михеля принадлежат «Вознесение Христа» и шедевр в Вашингтоне «Вознесение Девы Марии». Изящная небольшая картина объединяет сюжеты Успения, восхваления и коронования Девы Марии и напоминает об Апокалиптическом видении. В нижней части композиции можно узнать вид окрестностей Бургоса. Это – единственный сохранившийся пейзаж Михеля.

Наряду с религиозным искусством писались портреты, в которых царит благоговейное, иногда меланхолическое настроение. Создание портрета в те времена считали подобием божественного созидания. Изображения властителей много раз повторяли, чтобы те могли снабдить ими союзников и награждать подданных, послать венчальный портрет избранникам или избранницам.

Из-за отсутсвия определенной столицы двор кочевал из одного города в другой. Так Михелю приходилось работать в Барселоне, Мадриде, Бургосе, Севилье, Гранаде Толедо, Авиле и др испанских городах.

Вернувшись в 1502 г в Южные Нидерланды он, среди прочего, имел возможность лучше ознакомится с искусством Герарда Давида, чье значение особенно возросло после смерти Мемлинга. Давид работал в Брюгге с 1483, умер в 1523 г. Работа его последователей представлена в церкви Нигулисте в Таллинне, это – триптих с изображением Страстей Христовых.

Некоторое время Зиттов выполнял заказы зятья Исавельи Филиппа Красивого, сына императора Максимилиана I . В 1505 г он мог посетить Англию и создать образец королевского портрета, который впоследствии использовали другие художники, в т. ч. Ганс Гольбейн, изображая Генриха VII (род. в 1457 , правил с 1485 по 1509 г). Увековечив розу Ланкастеров в руке короля и бургундский орден Золотого руна, художник все же основное внимание сосредоточил на характере находчивого и прозорливого властителя. Благодаря Генриху VII окончилась т н война роз, развивалась заморская торговля.

С преждевременной кончиной Филиппа Красивого в 1506 художник потерял покровителя. Уже ранее в тот же год он приехал в родной город, где отчим Дидерик фан Катвейк успел завладеть домами его родителей (мать Михеля скончалась в 1501 г). Поскольку суд в Ревеле (Таллинне) не соблюдил права Зиттова на наследство, ему пришлось в 1507 г обратится в инстанцию вышего уровня в Любеке. Там он выиграл процесс, однако официально оформить дома на свое имя ему удалось лишь в 1518 г, после смерти отчима.

Ставший в конце 1506 г членом гильдии Канута Михель некоторое время жил в нашем городе. Он мог писать здесь картины, однако документальные сведения сохранились лишь о декоративных работах, например, об украшении пушек и пр оружия. В 1514 г он вырезал скульптуры для одной церкви в Финляндии. В том же году в Дании написал портрет короля Христиана II и возможно, повторил его в следующем году в Нидерландах. Этот венчальный портрет положил начало датской королевской коллекции. Документы называют автором Мастера Михеля.

Затем Зиттов вновь на службе у Габсбургов. Известная своим умом и широкими интересами наместница Нидерландов Маргарита Австрийская была окружена литераторами и художниками. Она приобрела бóльшую часть Oratori o королевы Исавельи, хранила картины в ларцах, как драгоценности и соединила в обрамленный серебром диптих «Вознесение Христа» и «Вознесение Девы Марии». Ими восторгапся Альбрехт Дюрер во время своего путешествия в Нидерланды.

Маргарита Австрийская особенно любила картину Зиттова, изображавшую Мадонну читающей книгу, с усопшим младенцем Христом. Исследователи пытаются определить это произведение.

Художник выражает религиозное чувство и в портретах, изображая властителей в виде святых. Вопросами пространства, гак занимавшими его современников, он особенно не интересуется. Приближающаяся к ренессансному искусству Италии пластика в его картинах сосуществует с характерной для Нидерландов достоверностю передачи материалов, нюансы света – с тонким богатым колоритом.

В соответствии с традицией, красочный слой особенно тонкий в изображении лиц. Со временем цинковые белила становятся все более прозрачными и через лессировки просвечивает хрупкий рисунок на грунте. Фон моделей темно-синий, зеленоватый, красный, иногда приближается к черному.

Работы мастера Михеля не подписаны и не носят даты. Трудно олределить время их создания, тем более, что проявляющийся в них идеал женской красоты остается одинаковым как в предпологаемом портрете Каталины Арагонской, так и в Святой Магдалине. Аттрибут последней, коробочка с мирром, в данном случае превращается в урну с розами Тюдоров как намек на два неудачных брака Каталины Арагонской – с принцем Артуром, и после ето скоропостижной смерти, с его братом Генрихом VIII .

Знакомый идеал (?) повторяется в Берлинской «Мадонне с щеглом». Считается, что сперва художник здесь наметил портрет или изображение святой. Затем, получив заказ на образ Мадонны, добавил младенца, который положен на парапет как жертвоприношение.

Покрытый ценным восточным ковром парапет продолжается в портрете Диего де Гевары в Вашингтоне. Глубоко переживающим чувство религиозного сострадания изображен канцлер, кавалер ордена Калатравы. Дон Диего, собравший редкостную художественную коллекцию умер в 1521 г после длительного служения Габсбургам. Его портрет также можно найти на заднем плане «Несения креста»; а беседующим с ним там изображен Франсиско Хименес де Сиснерос (1436–1517), епископ Толедо. Это произведение, как и портрет Генриха VII считают ранней копией с утраченного оригинала Зиттова.

Гоподином Зиттова в 1515–1516 гг был будущий король Испании а затем, император Карл V . Много лет спустя он отлучился в монастырь, взяв с собой произведения Зиттова: картины «Причастие», «Несения креста», «Распятие» и скульптурное изображение Богоматери. Он также соединил в виде диптиха «Скорбящую Богоматерь» Тициана и «Несения креста» кисти Зиттова.

Сам художник с 1517 или 1518 года, к удивлению многих, предпочел вернутся в Ревель. Здесь он женился в 1518 г на Доротее (Dorothie) дочери купца Ганса Аллунсце (Hans Allunsze). Их сын Михель умер в юности.

В Ревеле Зиттов имел учеников, таких как Юрген Дрегер, Борхардт и Рейнолт. К сожалению, у нас нет точных данных об их работах. По-видимому, не сохранились и произведения их учителя, выполненные в родном городе. Известно, сто он получал заказ на алтарь для золоьтых дел мастеров в Тарту (Дорпат) и вырезал скульптуры для часов ревельской церкви Нигулисте.

В предреформационный 1523 г мастер был избран старейшиной гильдии Канута. 28 мая следующего года он вместе с другими знатными горожанами как, например, Бертольд Бомгоуэр из Большой гильдии и мясник Валентин, представитель гильдии Олая, инспектировал доминиканский монастырь.

Сопрововдавший реформацию всплеск иконоборчества вряд ли был по душе художнику. Он умер в Ревеле (Таллинне) в конце 1525 г.

Находящийся в Гааге «Портрет Неизвестного» некогда принадлежал к собранию Эрнста фон Липхарта и был выставлен в Петрбурге в 1918 г. Анализ древесины этой и многих других досок подтверждает происхождение дуба из Прибалтики, однако это типично для Нидерландских картин и скульптур того времени.

Владельцами работ Михеля Зиттова себя считают Королевский дворец, Прадо и Музей Лазаро Галдиано в Мадриде, лучшие коллекции в таких городах, как Вашингтон, Детройт, Лос Анжелес, Лондон, Гаага, Вена, Копенгаген, Берлин, Париж , Букарест, Милан, Москва .

Названный то Михилем, то Мельхиором, в испанских документах сперва Немцем (Aleman) позже Фламандцем (Flamenco), художник и в научной литературе некоторое время встречается под именем Мастера Михеля. С 1940 г общепринятым стало имя Михель Зиттов.

Его творчеством восторгались ученые многих стран, наиболее известны Макс Фридлендер, Пауль Йохансен, Язепс Тризна, Марта Воьфф, Элзе Сасс, Маттиас Венигер и Чио Ишикава.

Легенды вдохновили писателя. Яан Кросс пишет о конфликте таланта с посредственностью, опираясь на предположения Йохансена об унижавших мастера требованиях в Ревеле. Ану Мяндь опубликовала разумные возражения. Обзоры жизни и творчества Михеля Зиттова публиковали многие эстонские искусствоведы, в их числе

Хелена Ристхейн.